Для восстановления Нотр-Дама французы не пожалели и срубили 200-летние дубы

0
23

Драма Собора Парижской Богоматери, чуть было не погибшего в пожаре без малого два года тому назад, до сих пор заставляет вздрагивать французов. А апокалипсическая сцена обрушения объятого пламенем 96-метрового шпиля и сегодня стоит у многих перед глазами. И это несмотря на тяжелые испытания, которые обрушил на них, как и на весь мир, коронавирус. Если перспективы обуздать ковидную пандемию пока представляются здесь весьма туманными, то с главным католическим храмом страны, символом богатейшей французской истории, и это сейчас можно сказать со всей определенностью, ситуация иная, оптимистическая. Как недавно оповестил архиепископ Парижа Мишель Опети, «собор окончательно стабилизирован и подходит время приступить к реставрации». Кадры обрушения знаменитого шпиля Нотр-Дама ужаснули весь мир. Фото: AFP Тут, ей-богу, нам есть чему поучиться у французов. Они не пожалели для восстановления шпиля 200-летние дубы. Причем этот реставрационный проект по сути стал общенародным, объединив всех французов независимо от их религиозных и политических убеждений — левых, правых, "макронистов".

Давайте перенесемся в департамент Сарта на западе Франции. А если точнее, в бывший королевский лес Берсе в долине реки Луары, где на территории в 5400 гектаров издревле, со времен Людовика XIV, произрастают великолепные дубы. Именно здесь были "собраны" (местные лесорубы избегают употреблять глагол "рубить") первые восемь деревьев, которым предстоит стать частью каркаса нотр-дамского шпиля, а если конкретно, то теми самыми балками, которые затем покроют свинцовыми плитами, как было у Виолле-ле-Дюка. Хотя им по 200, а то и по 230 лет, эти деревья, отобранные по целому ряду признаков, а это диаметр в один метр, стройность корабельных мачт, отсутствие дефектов и сучьев вплоть до 20-метровой высоты, здесь большой редкостью не считаются. Таких много. В отличие от особого участка в восемь гектаров, который занят дубами реликтовыми — ровесниками упомянутого сюзерена, правившего Францией в XVII веке. Эти являются неприкасаемым природным достоянием и охраняются специальными постановлениями.

Лесорубы готовятся передать реставраторам Нотр-Дама 200-летние дубы. Фото: REUTERS

Сразу отметим, что за пару месяцев до старта, данного в лесу Берсе, по всей стране был брошен клич принять участие в отборе древесины, необходимой для храмового шпиля. Дело в том, что для всей его почти 100-метровой структуры от основания до самой верхушки потребуется, конечно, гораздо больше деревянных, то есть дубовых конструкций. По подсчетам экспертов, на них уйдет не менее тысячи стволов. А для того, чтобы воспроизвести полностью погибшую в пожаре дубовую кровлю готической базилики, потребуется еще столько же.

Кристина Денёвиль, владелица лесного угодья: "Может быть, мне будет неведомо, чему конкретно послужат мои деревья, но мое сердце будет знать, что они там, наверху Нотр-Дама"

На призыв общенационального фонда France Bois Foret, который объединяет лесопромышленников страны, отреагировали буквально все. Этот порыв был сравним с тем, что ранее охватил французов, щедро наполнивших казну спасателей Нотр-Дама. Со всех уголков страны в фонд стали поступать предложения безвозмездно, то есть даром, передать в его распоряжение древесину. Откликнулись как принадлежащие государству лесные хозяйства, так и хозяева частных лесных угодий, а их, отметим, во Франции ни много ни мало, а три с половиной миллиона.

И вот что решили в фонде совместно с Национальным лесным бюро: в каждом департаменте, регионе отобрать подходящие по всем параметрам деревья, а потребуются также и те, что "помоложе", но не менее 80-100 лет, чтобы вся лесная и деревообрабатывающая промышленность была представлена в парижском храме. При этом, чтобы никому не было обидно, половину деревьев дали возможность предложить "государственникам", а другую — "частникам".

Инспекторы фонда неделями колесили по Франции, отбирая лучших "кандидатов". Причем не без трудностей. Скажем, в Бургундии и в долине Луары они сразу находили что надо, а вот на Корсике и на юге страны пришлось попотеть: тамошние дубы из-за природных особенностей величавостью не отличаются.

Общее отношение к инициативе пожалуй лучше остальных выразила Кристина Денёвиль, владелица лесного угодья Вик-сюр-Брёй в департаменте Верхняя Вьенна (она подарила двух многолетних "красавцев"): "Может быть, мне будет неведомо, чему конкретно послужат мои деревья, но мое сердце будет знать, что они там, наверху Нотр-Дама".

Диаметр каждого из деревьев-великанов, которые пойдут на каркас шпиля, составляет метр. Фото: REUTERS

Законный вопрос: а не жалко ли 100- и более летних дубов? Кстати, хотя французы в своем большинстве приветствовали этот почин, некоторые из числа "зеленых" и прочих защитников природы выпустили петицию, смысл которой сводился к тому, что, мол, это "экоцид и вообще безумие" вырубать вековые деревья. А профессор географии Сандра Плантье пожалела "белок и птиц, что по весне вьют гнезда в дубравах, которые сами являются храмами природы".

Нам есть чему поучиться у французов. Они не пожалели для восстановления шпиля 200-летние дубы. Причем этот реставрационный проект по сути стал общенародным, объединив всех французов

И тем не менее пожертвования в целевые фонды на восстановление храма шли потоком. Их делали и хозяева богатейших национальных корпораций, такие как владелец люксовой группы LVMH Бернар Арно, и мелкие предприниматели, и, конечно, сотни тысяч простых граждан, которые посчитали своим патриотическим долгом выделить на правое дело свои скромные евро. 835 миллионов — вот чем располагает госпредприятие, созданное специально для реабилитации Нотр-Дама. Говорят, что пятая часть этой суммы уже израсходована на трудоемкую консолидацию структуры собора, но оставшейся, как считают эксперты, с лихвой хватит, чтобы Нотр-Дам возродился в своем исконном виде.

А именно таким его хотят видеть французы, что показали неоднократные опросы и что утвердил летом прошлого года Эмманюэль Макрон, ознакомившись с выводами Национальной комиссии по наследию и архитектуре. Таким образом, жирный крест был поставлен на модернистских проектах, устроить, к примеру, оранжерею на крыше собора или вместо знаменитого шпиля, установить гигантское сооружение в виде застывшего золотого пламени. Первым, как и определено программой, предстоит возродиться шпилю, тому самому, что в паре с Эйфелевой башней являлись реперными точками столичного ландшафта. Он был возведен в середине XIX века по проекту архитектора Эжена Виолле-ле-Дюка и простоял бы еще века, если бы не та проклятая апрельская трагедия. К счастью, в архивах сохранилась подробнейшая документация, а это значит, что дело, чуть было не написал "за малым", нет, работа предстоит огромнейшая, и начало ей было положено в эти дни.