Макрон не стал извиняться перед Кадыровым

0
13

Решимость Эммануэля Макрона защитить ценности Франции вызвала гнев мусульманского мира от Марокко до Пакистана.Макрон поставил на кон республиканские ценности

Шок и реакция

После жестокого убийства 18-летним чеченцем Абдулахом Анзоровым преподавателя колледжа в городе Конфлан-Сент-Онорин Сэмюэля Пати президент Франции пообещал всей мощью государственной системы страны защитить светские ценности от исламского радикализма. Вспоминая Сэмюэля Пати, Эммануэль Макрон заявил:

«Он был убит именно за то, что воплощал собой Республику. Он был убит, потому что исламисты хотят забрать наше будущее. Они знают, что именно благодаря таким незаметным героям, как он, они его никогда не получат!»

Расправа с обезглавливанием вызвала очередной шок во французском обществе, которое незамедлительно отреагировало на событие:

  • в Монпелье карикатуры на пророка спроецировали на стену городской ратуши;
  • в Париже и других городах Франции в память об убитом прошли акции под лозунгами в защиту свободы слова и поддержки преподавателей.

Решительность президента

Президент Франции считает, что радикальный ислам представляет собой угрозу для республики. Обособленность мусульманских общин, по мнению Эммануэля Макрона, активно продвигает и насаждает в стране свои правила и законы. Фактически создается параллельное общество, противоречащее законам и ценностям Французской Республики. Глава государства заметил:

«Ислам — религия, которая переживает кризис по всему миру, а не только в нашей стране».

Эммануэль Макрон еще до трагедии в Конфлан-Сент-Онорин заявил о намерениях уже в декабре 2020 года представить законопроект, который, по его мнению, укрепит республиканские ценности. Заявленная жесткая линия главы Пятой республики ставит своей целью создание во Франции «просвещенного ислама».

Добиваться решения этой задачи президент Макрон готов даже ценой ссоры со всем мусульманским миром. Французский лидер предложил осуществить ряд действий, в том числе:

  • проводить жесткий мониторинг деятельности спортивных клубов и других организаций, которые могут быть использованы как прикрытие для деятельности радикальных исламистов;
  • не выдавать визы иностранным имамам;
  • ужесточить контроль за деятельностью и финансированием мечетей;
  • ограничить домашнее обучение детей;
  • облегчить иммигрантам и их потомкам движение по социальным лифтам.

Возможно, и уйдут в прошлое добровольные самоограничения, которые коснулись рождественских елок и других символов, соткавших многообразие французской культуры.

Цветочек фекаленький

Реакция на жестокое убийство Сэмюэля Пати была однозначной среди граждан, отрицающих людоедскую эстетику. Правда, один из бывших бойцов UFC Зелим Имадаев назвал убийцу «героем». Поддержал палача и боец смешанного стиля Альберт Дураев. Правда, решительные мужчины вскоре удалили свои солидарные посты в социальных сетях. Высказался по этой теме и глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров:

«Что ж, Макрон, если ты называешь его террористом, то в таком случае ты в сто крат хуже, ведь ты вынуждаешь к терроризму, подталкиваешь к нему людей, не оставляешь выбора, создаешь все условия для взращивания экстремистских идей в головах молодежи. Ты можешь смело называть себя лидером и вдохновителем терроризма в своей стране».

Принуждение к терроризму — сильное заявление. Практически индульгенция на будущие свершения. Видимо, поэтому в Кремле попытались силами пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова слегка притормозить активность Рамзана Ахматовича во внешнеполитической повестке.

За поддержку Эммануэля Макрона знатно досталось медийной принцессе Ксении Собчак от бойца ММА Магомеда Исмаилова, который через свой аккаунт в Instagram поразил аудиторию своими литературными образами:

«Президент Франции — исламофоб, поэтому он пытается задеть и оскорбить чувства верующих. Обращаясь к Ксении Собчак, хочу сказать: Ксения, ты грязное тупое животное. Ты словно цветочек, произросла из говна, из кучи дерьма».

Безусловно, романтично, но для любого образованного человека не тайна, что растения лучше всего себя чувствуют при обильном удобрении почвы не слишком эстетичными на вид и на запах продуктами жизнедеятельности. Другое дело, что Магомед Исмаилов неосмотрительно проигнорировал мудрую рекомендацию пророка Мухаммеда:

«Самое лучшее на свете питье — это то, когда у человека злое слово уже во рту, а он не выпустил, а проглотил его».

Принцип республики

Французский учитель Сэмюэль Пати, хотя и предупредил учащихся, что иллюстрации, которые он собирался показать, могут задеть чьи-то религиозные чувства, тем не менее продемонстрировал скандальные карикатуры.

Чтобы осуждать действия преподавателя или оправдывать, надо либо родиться во Франции, либо, приехав в страну на постоянное место жительства, погрузиться в местные культуру, традиции и фундаментальные ценности. Так же дело обстоит и с восприятием юмора того же журнала Charlie Hebdo.

Одним из основополагающих принципов французского национального самосознания является лаицизм (нерелигиозность). Любой француз искренне полагает, что ущемление свободы слова в угоду чему-либо или кому-либо — угроза государству. Нарушить устоявшееся положение вещей равносильно предложению мусульманину отведать свиную рульку.

И тут ни гнев президента Турции, ни возмущение главы Чечни со всеми вместе взятыми бойцами различных стилей ничего поделать не смогут. Франция — государство со своими принципами.

Приоритет всегда останется за гражданином, у которого есть свое собственное мнение. Оскорбился — пожалуйста, в суд, а не за тесак. Еще Вольтер обратил внимание на проблему, которая сделалась еще более актуальной в XXI веке:

«Величайшие распри производят меньше преступлений, чем религиозный фанатизм».

Поиск баланса

Возможно, когда-нибудь и будет найден баланс интересов и воззрений, позволяющий купировать радикальные проявления религиозности. Собственно, он в какой-то мере и существовал, пока не выпустили джина исламского радикализма в период холодной войны между СССР и западным миром.

Фотографии довоенного Афганистана и Ирана времен шаха Мохаммеда Резы Пехлеви сейчас выглядят настоящей фантастикой. Да и в Москве трудно было представить тысячи ковриков по пятницам и присутствие руководства страны на службах в православных храмах.

Идея заместить в России коммунистическую идеологию религией вместо прочной системы правового государства оказалась ошибочной. Законодательное упрощение схемы наказания за реальные и мнимые оскорбления на религиозной почве тоже нельзя назвать прорывным шагом к согласию в обществе.

Как-то незаметно огромная масса людей, окунувшаяся в религиозность, подменила человеческую добродетель культом менторства, жестокости и агрессии. С такой трактовкой и миссией религии категорически не согласен и далай-лама XIV:

«Я считаю, что действительно настоящая религия — это доброе сердце».

Темы

франция

исламизм

рамзан кадыров

эммануэль макрон

мохаммед реза пехлеви