Москалькова помогает получить жилье жертвам политических репрессий

0
117

В трудной ситуации оказались жертвы политических репрессий и их дети. По закону они должны получить жилье в том месте, откуда были высланы в лагеря или спецпоселения. Но закон пока исполняется так, что возвращение их почти не возможно. Уполномоченный по правам человека Татьяна Москалькова считает, что закон нужно срочно поменять, а репрессированным и их детям помочь не формально, а по существу. В «РГ» этот вопрос уже поднимала Наталья Солженицына. Омбудсмен продолжает тему.

Москалькова помогает получить жилье жертвам политических репрессий

Закон «О реабилитации жертв политических репрессий», принятый почти 30 лет назад, стал актом восстановления справедливости по отношению к миллионам людей. Он, в частности, гласит, что реабилитированные лица, утратившие жилье в связи с репрессиями, имеют право возвращаться для проживания в те местности и населенные пункты, где они проживали до применения к ним репрессий. И в случае их возвращения на прежнее место жительства они и члены их семей имеют право на первоочередное получение жилья.

Прошло больше четверти века и тех, на кого репрессии обрушились в зрелом возрасте, почти уже нет в живых. Но остались их дети.

— Не стоит забывать, что тогда клеймо «врагов народа» ложилось на целые семьи и их отправляли в лагеря-колонии или водворяли в детские дома особого режима, — подчеркивает Татьяна Москалькова. — Поэтому в статье 13 Закона особо отмечалось, что он в полной мере распространяется на всех без исключения членов семей репрессированных, в том числе — на детей, родившихся в местах лишения свободы, в ссылке, высылке или на спецпоселении.

Государство не может повернуть время вспять и исправить случившиеся трагедии, но то, что оно возвращает долги тем, у кого отняли детство и искалечили жизнь, есть проявление высокой меры справедливости.

Однако дальше произошло нечто, вывернувшее смысл закона…

— Полномочия устанавливать механизм жилищной компенсации были переданы регионам, — поясняет Татьяна Москалькова. — А они установили свои правила ее получения и отправили детей репрессированных в общую очередь на социальное жилье.

Это положение было оспорено в Конституционном суде, который потребовал изменить закон, после чего он был отправлен в Минстрой для внесения поправок. Однако поправка была внесена всего лишь одна: о том, что дети незаконно репрессированных имеют право на получение жилья «независимо от срока проживания в соответствующей местности и (или) места жительства, имущественного положения и признания нуждающимися в жилых помещениях». При этом порядок получения жилья оставили в ведении региональных властей, а это снова «общая очередь», в которой шансы на получение квартиры становятся призрачными.

— Люди попросту не доживут до новоселья, — говорит омбудсмен, — ведь большинству «детей жертв репрессий» уже далеко за 70 лет.

Она подчеркивает, что на этапе общественного обсуждения законопроект не получил ни одного положительного отзыва, зато набрал целых 130 отрицательных.

— Среди тех, кто «против», — представитель правительства РФ в Конституционном суде Михаил Барщевский, сотрудники Института законодательства и правоведения и многие другие. В том числе и я, — говорит Татьяна Москалькова.

Она вместе с другими «несогласными» считает, что в законе необходимо положение об особом порядке предоставления жилья для жертв репрессий — их надо выделить в отдельную очередь или установить предельный срок, например, три года, по которому все пострадавшие должны получить или квартиры, или денежные компенсации, причем — из федерального бюджета.

Любое промедление с принятием этих поправок, по ее мнению, недопустимо: иначе может получиться так, что закон, призванный восстановить справедливость в отношении невинно пострадавших людей, превратится в свою противоположность.