Почему выпускников детдомов ждут острые финансовые проблемы

0
51

Оговоримся сразу. Эта конкретная история закончилась для ее участников — детей-сирот, столкнувшихся на пороге выхода во взрослую жизнь с чудовищной несправедливостью, — вполне благополучно. Во многом с помощью журналистов, неравнодушных чиновников, в том числе из органов опеки (вопреки расхожему мнению таких у нас, оказывается, немало), жесткой позиции Следственного комитета России. Для семьи Беловых все тревоги в связи со свалившимися на них долгами теперь позади. Фото: Из личного  архива Елены Беловой Но, подчеркнем, что, разбираясь в происшедшем, стало очевидно: речь идет не об отдельно взятом конфликте, который удалось успешно разрешить в конкретном месте благодаря усилиям конкретных людей. За этим конфликтом обозначается проблема, которая носит, по сути, системный характер. Она касается одной из наименее защищенных социальных групп — сирот. Тема эта требует глубокого исследования. Поэтому редакция считает необходимым продолжить разговор, начало которому положила публикация в «Российской газете — Неделя» (N 190 от 20 августа 2020 года).

Читателей тогда, судя по поступившим в редакцию откликам, буквально шокировала ситуация, в которую попала семья Беловых из поселка Усть-Кинельский Самарской области. О ней рассказывала «Российская газета — Неделя».

Семья взяла из детского дома в Чапаевске двух маленьких девочек. У сирот умерла мать. Девочкам несказанно повезло — жили они в детском доме недолго, а в семью попали замечательную. Но неожиданно выяснилось: у покойной матери девочек в Чапаевске было две квартиры. Однокомнатная, где все они были прописаны, и двухкомнатная, взятая матерью девочек в ипотеку. За ипотечное жилье неработающая и пьющая женщина не платила ни квартплату, ни кредит. Так что ее детям по наследству перешло не только жилье, но и миллионные долги. Эти долги свалились на новую семью девочек. Банк, выдавший кредит, потребовал новую семью вернуть деньги через суд.

За ипотечное жилье мать сирот не платила ни квартплату, ни кредит. Так что ее детям по наследству перешло не только жилье, но и миллионные долги

За этой историей вырисовалась серьезная и очень больная проблема в масштабах страны — проблема жилья для сирот и тех долгов, которые на выходе в большую жизнь получают выпускники детдомов вместе с квадратными метрами.

С этой публикации в «Российской газете — Неделя» началось расследование.

Ипотека с историей

Конфликт банка с семьей, взявшей сирот с долгами, на сегодняшний день практически разрешен. В пользу новой семьи девочек. Во многом благодаря поддержке местных властей Чапаевска.

Банк, в котором скончавшаяся мать детей взяла неподъемный для себя кредит, после широкой огласки этой истории, согласился на продажу квартиры по меньшей стоимости, поскольку рыночная цена недвижимости за прошедшие семь лет снизилась. Банк сам вышел в суд с иском об уменьшении стоимости и выиграл его.

— Сейчас приставы должны выставить квартиру на торги и продать. Если за два аукциона она не продастся даже по сниженной цене, то перейдет на баланс банка, — объяснила адвокат семьи Беловых Нина Иванова.

После продажи квартиры разницу стоимости взятого кредита и цены продажи банк готов списать — речь может идти о сумме до 400 тысяч рублей. Таким образом, семья Беловых будет освобождена от бремени.

Но вопросы по этой ипотечной квартире остались.

Кто дал сироте кредит?

Светлана Валеева, мать девочек, которых удочерили Беловы, сама сирота. Жила в Самаре — здесь ей государство после выхода из детского дома предоставило квартиру. В комитете по вопросам семьи, опеки и попечительства Чапаевска рассказали, что в город она приехала в 2013 году, продав жилье в Самаре, и купила двухкомнатную квартиру в ипотеку. На этот момент женщина уже была на учете как неблагополучная мать. Она злоупотребляла алкоголем, нигде не работала. На момент получения ипотечного кредита не имела вообще трудового стажа, была на шестом месяце беременности вторым ребенком. Плюс к этому не имела родственников, которые могли бы поручиться за нее перед банком. И вот при таких обстоятельствах в мае 2013 года банк выдал женщине более миллиона рублей кредита…

Мы съездили в эту ипотечную двушку. Она в Чапаевске на улице Расковой, в доме 73, квартира 52. В ней сейчас никто не живет. Соседи рассказали, что сама Светлана Валеева никогда здесь не жила, как и ее дети. В квартире сразу после покупки поселились «какие-то люди восточных национальностей».

Как рассказали в чапаевской опеке, в течение первого года за эту квартиру кто-то платил по кредиту. Специалисты говорят, что это не могла быть Валеева, поскольку она вела асоциальный образ жизни, а доход ее состоял только из детского пособия.

Так что Валеева как клиент для банка была абсолютно неплатежеспособна. У нас возникли, как нам кажется, резонные вопросы: а вообще женщина знала, что на ней висел миллионный кредит? На каких основаниях банк выдал этот кредит? Почему служба безопасности финансового учреждения одобрила выдачу кредита? Кто платил первый год за ипотеку, когда у Валеевой не было порой денег даже на еду детям?

Корреспонденты «РГ» хотели задать эти вопросы банку. Но не вышло. Услышав, чем мы интересуемся, нам во встрече было отказано по причине якобы большой занятости сотрудников. Тогда в банк мы поехали сами. Пришли в его центральный офис в Самаре. Представились клиентами, которые хотят взять ипотечный кредит. Нам был выдан список необходимых документов для его получения: паспорт, СНИЛС, справка по форме 2-НДФЛ о доходах и заверенная копия трудовой книжки. Выяснилось, что без справки получить кредит можно, но банк все равно обязательно будет подтверждать доход. У заемщика должен быть аккаунт на портале госуслуг, и если заемщик дает согласие, то тогда банк может подтвердить доход человека по отчислениям в Пенсионный фонд. Отчислений нет — нет и кредита. Трудовая же обязательна.

Так что кредит на эту квартиру пьющей и никогда ни одного дня в жизни не работающей одинокой женщине с детьми законно банк дать не мог. О том, что легальной справки 2-НДФЛ и заверенной копии трудовой книжки у Валеевой не было и быть не могло, нам подтвердили в чапаевской опеке, специалисты которой следили за неблагополучной матерью. Может, теперь правоохранительные органы разберутся с этим странным кредитом.

Квартира по закону

Ситуация с жильем для сирот в стране выглядит следующим образом. Если в детский дом попадает ребенок, у которого в принципе нет угла, он на выходе во взрослую жизнь получит от государства квартиру. Для этого предусмотрены в казне деньги. В Москве и крупных городах это правило в последние годы действует без исключений. В более отдаленных местах еще попадаются чиновники, пытающиеся не дать квартиру или обмануть сироту, предложив им то, в чем жить нельзя. Но тогда им приходится знакомиться с сотрудниками Следственного комитета, который по закону надзирает за жильем сирот. Знакомство это всегда плохо кончается для таких деятелей. После подобных встреч их настольной книгой на несколько лет становится Уголовный кодекс.

Кроме тех сирот, которые в большой жизни не имеют угла, государство гарантирует жилье и тем выпускникам детских домов, у которых крыша над головой есть, но вернуться туда из детского учреждения они не могут. Если оставшиеся в этом жилье родители или родственники пьют и ведут опасный для ребенка образ жизни, то выпускник также получит свое жилье. Эта норма относительно новая. Здесь Самарская область опередила страну на несколько лет. Еще в 2012 году в области был принят закон — выдавать жилье и тем детям, кто в прежнюю квартиру вернуться не может. Постановление правительства России о том подобном порядке для всей страны появилось лишь в 2019 году.

Так что выпускников детдомов, которые на выходе в большую жизнь получают «чистую» квартиру, не очень много. Гораздо больше тех, у кого жилье в большой жизни есть. Но пока ребенок в интернате или под опекой в семье, за его квартиру никто не платит. Так что неоплаченные годами долги за ЖКХ, как правило, превышают стоимость самого жилья. Итог — сироту сразу за порогом детского дома вместо крыши над головой ждут повестки, суды, арест имущества, плохая кредитная история и — дальше по списку.

Жилье без сдачи

В чапаевской опеке подтверждают — погашение задолженностей по коммунальным платежам за жилье, в которое должны вернуться сироты, действительно острая проблема. Непосредственно в круг обязанностей опеки входит выяснение размера долга, возможность его оплаты законными представителями, подготовка документов, чтобы реструктурировать долг, подача исков в суды, чтобы списать долг и так далее. Но в опеке честно признают, договориться о списании долгов получается далеко не всегда.

Только в Чапаевске у 80 процентов детей, имеющих «закрепленное» жилье, решением суда определен порядок оплаты коммунальных услуг. Самые «дорогие» поставщики, того же тепла, на контакт с опекой почти не идут и договариваться с ними очень сложно. А чаще — невозможно. И заставить их нельзя. Они же коммерческие организации и должны работать не в убыток себе. Сиротское жилье, пока ребенок живет в детском доме, может сдавать в аренду опека и этими деньгами гасить долги. Но это на сегодня для руководителей детских домов или сотрудников опеки лишь право, а никак не обязанность. За арендаторами ведь нужен глаз да глаз. То уедут, не заплатив, то жилье приведут в полную негодность. Так что своим правом сдавать это жилье сотрудники опеки или детдома почти не пользуются.

Сиротское жилье, пока ребенок живет в детском доме, может сдавать в аренду опека и этими деньгами гасить долги. Но этим правом она почти не пользуется

Следствие по детям

По России в списках сирот, которым государство должно дать жилье, 268 тысяч детей. О проблемах долгов сирот за их жилье, оставшееся во взрослом мире, в Следственном комитете, конечно, знают. И понимают, что дальше будет хуже — проблема сама по себе не решится, и с удорожанием платежей долги будут только возрастать. Но в Следственном комитете РФ, в отличие от чиновников опеки, задумываются и о том, как ее можно решить.

Вот мнение заместителя руководителя следственного управления СК по Самарской области Александра Воеводина:

— На мой взгляд, как вариант можно сдавать такие квартиры в служебное пользование на безвозмездной основе, но с обязательным условием оплаты коммунальных услуг. Думаю, что здесь выигрывают и наниматели, потому что они получают бесплатное жилье, и дети, потому что у них не образуется задолженности по коммунальным платежам.

По мнению полковника юстиции, нанимателями могут быть врачи, учителя, чиновники, полицейские, то есть бюджетники, приехавшие работать в регион. Они будут платить только коммуналку. А сироты на выходе получат не только чистое от долгов жилье, но и чистое в прямом смысле — ухоженные квадратные метры. Бюджету же страны такой вариант не будет ничего стоить.

Компетентно

Федор Куприянов, адвокат:

— Предложение Следственного комитета представляется весьма конструктивным. В ряде субъектов Федерации, например в ХМАО, установлены компенсации аренды жилья приглашенным молодым специалистам, обычно 40-50 процентов ставки арендной платы по договору. Но на местах нередко просто физически нет свободного жилья. Поэтому простой жилья, принадлежащего воспитанникам детских домов, особенно не оправдан.

Существует отработанный механизм управления муниципальным имуществом. Он определен статьей 51 закона об общих принципах организации местного самоуправления. Следует на уровне закона закрепить тот же режим за собственностью детей. Например, временно, до даты выпуска, включить их в «маневренный фонд». Тогда собственность детей будет эксплуатироваться и сдаваться в аренду так же, как квартиры муниципального жилого фонда. Возможно, по ставкам социального жилья.

При этом важно закрепить за муниципалитетами ответственность за сохранность имущества. При передаче в маневренный фонд будет происходить инвентаризация и оценка технического состояния. Позже по результатам эксплуатации можно было бы обеспечить финансирование расходов на приведение имущества деток к нужному времени в пригодное для проживания отремонтированное состояние. Такое же состояние, какое имеет жилье, бесплатно предоставляемое тем детям, у которых ничего нет.