Сергей Бойцов: Лечить не болезнь, а больного — это правило не устаревает

0
26

Пандемия умудрилась отодвинуть в сторону немало важнейших проблем нашего здоровья. Даже вечные лидеры — сердечно-сосудистые болезни — воспринимаются без привычной актуальности. Но пандемии — хочется в это верить — рано или поздно заканчиваются. А болезни сердца и сосудов — наши вечные спутники? Сегодня о них беседуем с главным кардиологом четырех регионов России, генеральным директором Национального медицинского исследовательского центра кардиологии Минздрава России академиком РАН Сергеем Бойцовым. Сергей Бойцов: Страх вируса оказался сильнее сердечных болей. Фото: Сергей Куксин/ РГ Сергей Анатольевич! Вы руководите всемирно известным центром, который привычно именуют Чазовским. По той простой причине, что выдающийся кардиолог, главный кремлевский врач академик Евгений Чазов этот центр создал, долгие годы руководил им. Собрал в его стенах уникальный коллектив лучших представителей отечественной кардиологии. Вы считаете, что перепрофилирование центра такого уровня, как ваш, под ковид было оправдано?

Сергей Бойцов: На тот момент, думаю, да. Наш центр был одним из первых федеральных центров перепрофилированных под ковидный госпиталь. Была создана "красная зона", было задействовано более 300 коек.

А всего в центре 400 коек. Выходит, почти все было отдано вирусу?

Сергей Бойцов: Все койки, к которым подведен кислород.

А те, кого мучили сердечные боли? Кому срочно требовались операции на сердце, сосудах?..

Сергей Бойцов: Вас, возможно, удивит мой ответ. Но он соответствует действительности. И, кстати, касается не только России. Во всем мире в начале пандемии отмечалось заметное сокращение обращений людей за скорой помощью по поводу сердечно-сосудистых болезней. Причина? Она очевидна: у людей превыше всего стал страх заразиться. Страх вируса оказался сильнее сердечных болей.

А на самом деле?

Сергей Бойцов: На самом деле они не ушли. И если состояние было очень тяжелым, то люди обращались за помощью. И Москва имела возможность своевременно ее оказывать. Если можно воспользоваться трибуной "Российской газеты", хотел бы не просто сказать спасибо, но высказать восхищение работой московской скорой.

Сколько времени Чазовский был ковидным центром?

Сергей Бойцов: Два месяца. В самый пик первой волны. За это время помощь в нашем центре получили 759 человек.

Для мужчин критически опасная талия — 102 см. Для женщин — 88 см. Жир на животе — самый опасный для сердечно-сосудистой системы

Вы настаиваете на точности таких цифр?

Сергей Бойцов: Настаиваю. В наше цифровое время иначе нельзя.

Заметьте, это вы сказали про цифровое время. Современные технологии, "цифра" прописались в Чазовском центре? Вопрос задаю не случайно. Иногда медиков, да не только их, обвиняют в старомодности, в недостаточном использовании новейших технологий в практике и так далее…

Сергей Бойцов: Медицина, врачевание без сохранения, уважения традиций немыслимы. Но и без движения вперед, без использования новейших технологий никак не обойтись. А у Чазовского центра есть традиция: как только где-то в мире появлялось новое, а тем более революционное, оно неизменно становилось реальной практикой нашего центра. Та же медицинская информационная система была создана у нас в начале двухтысячных годов. Все эндоваскулярные технологии, кардиохирургические технологии при нарушении сердечного ритма, реанимационные пособия — это все цифровые технологии, которые вкупе с мануальным мастерством.

Ваш центр федеральный. Кто из россиян имеет право получить в нем помощь по системе ОМС?

Сергей Бойцов: Больше половины наших пациентов не москвичи, а жители других регионов страны.

Сергей Анатольевич! Помимо руководства Чазовским центром, вы еще и главный кардиолог России по четырем федеральным округам. Остальными командует ваш коллега из Питера академик Евгений Шляхто. А если пациент не из подведомственного вам региона, но хочет получить помощь именно в вашем центре, как быть? Пациент имеет права выбора места лечения и доктора, у которого хочет лечиться?

Сергей Бойцов: Однозначно да! Да, да! Имеет право. И у него должна быть такая возможность. Более того, она у него есть.

Вы в этом уверены? Тогда почему даже ко мне нередко обращаются соискатели помощи именно с подобными просьбами?

Сергей Бойцов: Это может быть результатом незнания пациентом своих прав или неповоротливости местных органов здравоохранения.

Вот, скажем, я хочу, чтобы меня оперировал академик Ренат Сулейманович Акчурин? Живу, прописана в Москве. Что мне надо предпринять, чтобы попасть именно в Чазовский, именно на операционный стол к Ренату Сулеймановичу?

Сергей Бойцов: Надо в районной поликлинике получить направление на консультацию в наш центр. Правда, к нам обычно направляют самые тяжелые и сложные случаи. Так, наверное, и должно быть.

Не соглашусь с вами! Теоретически, вы, вероятно, правы. Но для пациента его заболевание самое сложное, самое тяжелое. И он вправе рассчитывать на самую лучшую помощь…

Сергей Бойцов: Но и я с вами не могу согласиться! Утверждаю: в последние годы в стране вырос уровень оказания кардиологической и кардиохирургической помощи. Это данность, которую не сбросить со счетов. Если не возражаете, назову некоторые адреса таких центров. Они есть в Питере, в Новосибирске, в Краснодаре, Томске, Красноярске, Нижнем Новгороде, Пензе, Астрахани, Екатеринбурге…

Не боитесь, что Чазовский утрачивает свою актуальность?

Сергей Бойцов: Напротив, это нас радует и заставляет держаться в тонусе. Например, раньше гибридная кардиохирургия была достоянием лишь некоторых клиник. Теперь она становится практикой. Сейчас она применяется в ряде центров при самых тяжелых и сложных случаях. В нашем центре мы проводим специальные образовательные курсы, на которых идет обучение и таким новейшим технологиям.

Что значит руководить таким учреждением? Сегодня Чазовский на достойном уровне?

Сергей Бойцов: Если честно: руководить очень непросто и очень ответственно. Помогает то, что до этого директорского кресла я прошел школу самого Евгения Ивановича — был в его заместителях пять лет.

Оптимальное давление, с которым можно нормально жить, — меньше 140 на 90. А лучше стремиться к давлению 130 на 80 и даже ниже

Это срок. Тем более знаю, сколь щепетилен всегда был в кадровом выборе сам Евгений Иванович. Вероятно, вам помогло и то, что у вас за плечами ленинградская военно- медицинская академия, Пироговский медицинский центр и Национальный центр профилактической медицины. Кстати, и этот центр создал Евгений Иванович. Так что путь наверх — в нынешний центр, можно сказать, был предопределен. И все-таки . Сергей Анатольевич, как работать с коллективом, в котором почти сплошь звезды российской кардиологии и кардиохирургии?

Сергей Бойцов: Прежде всего, нужно ему соответствовать. И помогать. Чтобы коллеги имели возможность реализовать свои и научные, и клинические, и педагогические замыслы.

Удается? Если опять же честно: вас любят в коллективе или?..

Сергей Бойцов: О любви… Как-то не думал. Но конфликтов почти за четыре года работы с коллективом у меня, слава богу, нет. Зато уже есть общая история. В том числе и прохождение испытания ковидом.

Ключевой вопрос

Евгений Иванович Чазов неизменно ассоциируется с так называемой кремлевской медициной. Кремлевские постулаты действительно очень эффективны, оправданны: профилактика, доступность помощи, высокий уровень ее оказания и так далее. Хотя, по злобе, иногда о ней говорили: полы паркетные, врачи анкетные. А по большому счету: все лучшие врачи имели место быть именно в кремлевской медицине. Хотя официально порой числились совсем в иных медучреждениях. Но сами принципы оказания помощи, думается, были наилучшими.

Сергей Бойцов: Абсолютно с вами согласен. Но вы не назвали одного, и, на мой взгляд, главного качества этой службы: индивидуальный подход к каждому пациенту. Верность вечному постулату: лечить надо не болезнь, а больного. И это необходимо в век цифровой медицины. Сейчас несколько меняются сами терминологии. Говорят о персонифицированном подходе на основе принципов доказательной медицины. А на поверку это то самое правило, которое, на мой взгляд, не устареет никогда: лечить не болезнь а больного.

Тем более когда это касается сердца, сосудов, когда, по утверждению вас, кардиологов, чуть ли не к 35-45 годам у большинства из нас начинаются всяческие сердечно-сосудистые проблемы. Во всем мире они первенствуют среди всех недугов. Так было и когда не было ковида. Так, судя по всему — во всяком случае в обозримом будущем — будет и после него.

Сергей Бойцов: Скорее всего, именно так. Население стареет. И это плюс. Но с возрастом прежде всего начинают страдать кровеносные сосуды. Заявляет о себе артериальная гипертония. И уж раз мы сегодня о цифрах, сошлюсь опять же на них. В возрасте от 25 до 65 лет гипертонией поражены 48% мужчин. Женщин чуть меньше. А у тех, кому за 65+, гипертония достигает 70-80-90%. Она основной, главный виновник инфарктов, инсультов, преждевременных летальных исходов.

Но почему-то та же гипертония не вызывает, например, у нас такого страха, как ковид. Знакомая дама весом в 140 килограммов никак не может отказать себе в удовольствии съесть очередной кусок торта. Сообщив при этом, что в последние недели у нее держится ее рабочее артериальное давление 160 на 100. И она нормально себя чувствует.

Сергей Бойцов: Позволите крохотный ликбез? В медицине вообще не существует понятия "рабочее артериальное давление". А 160 на 100 практически исключает возможность нормального самочувствования.

Уж раз ликбез и цифры, то назовите оптимальные, с которыми можно жить, не боясь инфаркта или инсульта.

Сергей Бойцов: Меньше 140 на 90. А лучше стремиться к давлению 130 на 80 и даже ниже.

Препараты советовать не станете. Нигде в мире нет оптимального средства против гипертонии. Скажем, прошел курс их приема и избавился от ее высоких цифр…

Сергей Бойцов: Не стану. Гипертония — это хроническое заболевание. Полностью избавить от него невозможно. Но можно, принимая назначенные специалистом именно вам препараты, держать болезнь под контролем, сохранять высокое качество жизни. Это не один и не два курса терапии. Это, огорчу, нередко на всю оставшуюся жизнь. Сами препараты меняются в зависимости от состояния, возраста, времени года. То есть, еще раз повторю: лечить и в наше цифровое время, время наступления искусственного интеллекта, надо не болезнь, а больного. Думаю, не только сейчас, но и во все, в том числе и послековидные времена.

Кстати

Рецепт от академика

1. Добивайтесь плоского живота. Для этого можно смотреться в зеркало, а можно пользоваться сантиметровой лентой. Для мужчин критически опасная ширина талии — 102 см и больше. Для женщин — 88 см и больше. Жир на животе — самый опасный для сердечно-сосудистой системы.

2. Необходима физическая активность. Работающие мышцы — проверенное средство против гипертонии.

3. Не злоупотребляйте солью. Старайтесь недосаливать блюда, когда готовите. Постарайтесь убрать солонку со стола, чтобы не сыпать соль в готовые блюда.

4. Откажитесь от курения. В том числе и от электронных сигарет.

5. Меньше алкоголя. Его полезных доз нет.