5 декабря 1941 года Красная Армия перешла в наступление под Москвой

0
90

О битве за Москву написано немало. После распада Советского Союза были открыты некоторые архивы. И историки получили доступ к информации о том, что в конце ноября 1941 года политическая разведка СССР перехватила и смогла расшифровать телеграмму министра иностранных дел Японии, направленную своему послу в Берлине. В ней говорилось, что Токио не планирует в ближайшее время нападать на Россию. Приводилась выдержка из этого документа, доложенного в первых числах декабря 1941 года Государственному комитету обороны: «Встретьтесь с Гитлером и Риббентропом и в секретном порядке объясните ему о наших отношениях с США… Объясните Гитлеру, что основные японские усилия будут сосредоточены на Юге, и мы предполагаем воздержаться от преднамеренного предпринятия действий на Севере». Информация была документальной и полностью подтверждала ранее полученные ГРУ от группы Рихарда Зорге сведения. Ведь еще до своего ареста Зорге 14 сентября 1941 года сообщил в Ставку о принятом на секретном совещании у японского императора решении не вступать в войну с СССР до конца 1941 года и в начале 1942 года. Во многом благодаря сибирякам в декабре 1941-го фашисты были отброшены на 100-200 км от Москвы. Якобы именно после этого сообщения Сталин решил перебросить к Москве свежие дивизии, которые и решили исход битвы. А дальше хрестоматийное: 5 декабря 1941 года началось контрнаступление Красной Армии под Москвой, в ходе которого немецко-фашистские войска были отброшены от столицы на 100-200 км. Далеко не последнюю роль в этой успешной операции сыграли сибирские дивизии. Да, в определенном смысле слова это действительно одни из ключевых добытых советской разведкой сведений периода Великой Отечественной войны.

Но!

Во-первых, говоря о сибирских дивизиях, мы должны четко понимать, что это абсолютно условное название. Зачастую все дивизии, которые прибывали из-за Урала, в народе называли «сибирскими». На самом деле кроме Сибирского округа войска формировались в Забайкалье, на Дальнем Востоке, в Приморье, а также на Тихоокеанском флоте и Амурской флотилии.

Непосредственно из войск Сибирского военного округа с началом Великой Отечественной войны была сформирована и отправлена на фронт в июле 1941 года 24-я армия в составе шести стрелковых дивизий. Половина из них стали гвардейскими, что говорит о доблести воинов-сибиряков, проявленной в тяжелый начальный период войны. К ноябрю 1941 года были сформированы и отправлены на фронт 58-я и 59-я армии в составе 12 стрелковых и трех кавалерийских дивизий, затем был сформирован 6-й Сибирский добровольческий корпус.

Во-вторых, дивизии с Дальнего Востока начали перебрасываться еще перед войной. К 22 июня 1941 г. с Дальневосточного фронта и Забайкальского военного округа прибыла 16-я армия в составе двух стрелковых, двух танковых, моторизованной дивизии и двух отдельных полков, а также двух воздушно-десантных бригад — всего свыше 57 тыс. человек, более 670 орудий и минометов, 1070 легких танков. Эти войска участвовали в оборонительных операциях на Западном и Юго-Западном стратегических направлениях в первые месяцы Великой Отечественной войны.

«РГ» впервые публикует текст важнейшей шифрограммы о намерениях Японии

В-третьих, перебросить сразу десятки дивизий с Дальнего Востока невозможно. По имевшимся тогда нормативам, для перевозки одной стрелковой дивизии требовалось 36-38 эшелонов! Благодаря героизму железнодорожников и при обеспечении «зеленой улицы» за 10-12 дней дивизия из Владивостока перебрасывалась на фронт. Так, 78-я стрелковая дивизия под командованием будущего генерала и дважды Героя Советского Союза А.П. Белобородова в составе 36 эшелонов пересекла страну с 17 по 27 октября, а 28 октября части уже выгружались в Подмосковье.

Так что кадровые дивизии из-за Урала перебрасывались на советско-германский фронт регулярно, и здесь правильнее было бы сказать, что руководство страны благодаря стратегической информации, полученной источниками ГРУ и внешней разведки о военных планах Японии, получило возможность уверенно спланировать и осуществить контрнаступление под Москвой без большой оглядки на эту страну.

Джон Кернкросс добывал для нас тысячи страниц радиоперехвата английской разведки. Фото: wikipedia.org

Напомню, что заключенный 13 апреля 1941 г. между СССР и Японией Пакт о нейтралитете сроком на пять лет сыграл положительную роль в стабилизации обстановки на Дальнем Востоке. Однако в Москве знали, что еще в сентябре 1940 г. Япония подписала пакт с Германией и Италией о взаимной помощи, и поэтому считали, что японский нейтралитет в любой момент может быть нарушен, как был нарушен Германией Договор о ненападении. Поэтому всю войну СССР вынужден был держать около 1 миллиона солдат на границе с Японией…

Тем более что и ГРУ, и внешняя разведка в июне — августе 1941 года регулярно докладывали руководству страны об усилиях фашистской Германии по вовлечении Японии в войну с СССР.

Уже 28 июня 1941 года министр иностранных дел рейха Риббентроп направил немецкому послу в Токио генералу Ойгену Отту (1889-1977), другу Рихарда Зорге, телеграмму с просьбой сделать все возможное, чтобы вынудить японцев поскорее напасть на Советскую Россию с тыла. Послу рекомендовалось пробудить в японцах жажду добыть военные трофеи, а также доказывать им, что это лучший способ удержать Америку на нейтральных позициях.

Однако в Токио не были уверены в молниеносной победе Германии. И все же Берлин настаивал. 10 июля 1941 года, когда немецкое наступление в России действительно успешно развивалось, Риббентроп направил своему послу в Токио новую телеграмму:

«Поскольку Россия находится в состоянии, близком к развалу … просто недопустимо, чтобы Япония не попыталась решить проблему Владивостока и района Сибири, как только будут завершены военные приготовления… Я прошу вас использовать все имеющиеся средства, чтобы настоять на вступлении Японии в войну против России в самые ближайшие сроки… Наше естественное желание — встретиться с представителями Японии на Транссибирской магистрали еще до начала зимы».

Завербованный дипломат Идзуми Кодзо сообщал нашей внешней разведке обо всех планах Японии

В ноябре 1941 года руководство Германии вновь предприняло активные попытки заставить Японию выполнить свои обещания нанести удар по Дальнему Востоку и Сибири. Такое решение было бы для немцев весьма своевременным, поскольку блицкриг провалился, а сопротивление Красной Армии постоянно усиливалось. В этих условиях удар японцев по Дальнему Востоку мог привести к поражению Красной Армии.

Однако Риббентропа постигло разочарование. Уже 23 ноября посол Отт телеграфировал ему из Токио: японцы двинутся на юг с намерением оккупировать Таиланд и голландские нефтеносные районы на Борнео.

Дальше известно — 25 ноября 1941 года японская авианосная оперативная группа устремилась к Пёрл-Харбору, после чего США вступили в войну…

Можно было бы на этом поставить точку. Но появилось ощущение, что текст приведенной нами шифротелеграммы японского МИДа в Берлин я где-то уже читал со ссылкой на другие источники. И точно, в историческом исследовании американского журналиста Уильяма Ширера «Крах нацистской империи», 1960 г., в главе о вступлении США в войну говорится, что согласно воспоминаниям госсекретаря США Корделла Хэлла (Хэлл К. Мемуары, с. 1092), именно американцы расшифровали данную телеграмму, но не придали ей должного внимания. При этом якобы они поделились ее содержанием с англичанами. Получается, все расшифровали, все всё знали, но не придали внимания! И все подталкивали друг друга к войне! Кстати, ряд «историков» в 90-е годы даже пытались обвинить советское руководство, что мы расшифровали, но не сообщили об этом важнейшем сообщении своим союзникам в Лондоне и Вашингтоне.

Действительно, в 1938 году советская внешняя разведка благодаря завербованному японскому дипломату Идзуми Кодзо получила на длительное время доступ к действующим дипломатическим шифрам Японии. Правда, после нападения Германии на СССР действовавшие до этого перешифровальные гаммы, таблицы и коды были отменены. Но Идзуми в этот период оставался поверенным в делах Японии в Болгарии и имел прямой доступ к новым шифрам. Так что расшифровать телеграмму советские криптоаналитики (дешифровальщики) из НКВД действительно теоретически могли. В первую очередь шифропереписку посла Японии в Москве. А вот относительно расшифровки телеграмм МИД Японии в Берлин полной уверенности нет.

Но вернемся к нашему расследованию. Наступил ноябрь 1941 года, враг в двух десятках километров от столицы. Ставка планирует стратегическое контрнаступление. Накапливаются резервы, в том числе из-за Урала. Срочно требуется информация о военных планах Японии в отношении войны на Дальнем Востоке. А в Токио уже арестована нелегальная резидентура ГРУ Рамзая (Рихарда Зорге). Но информация срочно нужна, нужна как воздух! И она добывалась нашей разведкой в том числе из… Лондона.

В 2011 году в свет вышел сборник «Агрессия. Рассекреченные документы Службы внешней разведки Российской Федерации. 1939-1941», составитель Л.Ф. Соцков, в котором приводится спецсообщение НКВД за подписью начальника разведки Фитина в Государственный комитет обороны СССР с полным текстом рассматриваемой нами шифротелеграммы МИД Японии от 27 ноября 1941 года. При этом сообщается, что содержание телеграммы получено Разведуправлением НКВД из Лондона агентурным путем!

Вот так поворот! Может, так зашифровали то, что мы смогли взломать японские шифры? Но зачем это скрывать от членов ГКО? Не те времена, чтобы таить от Сталина источник информации.

Честно, я уже и не надеялся, что смогу когда-нибудь разгадать эту историческую головоломку. Но в год 75-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне и накануне 100-летия внешней разведки представители СВР России сделали нам очередной подарок. И сегодня мы впервые можем назвать имя человека, добывшего эту информацию. Вот как развивались события, прямо по дням и часам.

Еще в июле 1941-го Ким Филби передавал: военные усилия Японии направлены не на СССР, а на юг. Фото: РИА Новости

Действительно, 27 ноября 1941 года МИД Японии направил своему послу в Берлине генералу Хироси Осиме (1886-1975) телеграмму с указанием срочно встретиться с Гитлером и Риббентропом. Британскими спецслужбами эта телеграмма была перехвачена и оперативно расшифрована криптоаналитиками из Блетчли-парка.

Поэтому сразу можно сказать, что претензии о неинформировании своих союзников надо предъявлять не нам, а нашим британским союзникам. Если же они проинформировали американские спецслужбы или те сами расшифровали данную телеграмму, то тогда вопросы к Рузвельту и его военным советникам…

А как же этот документ уже 29 ноября (подчеркиваю, УЖЕ 29 ноября!) стал известен советской разведке и затем доложен Сталину? Сегодня можно раскрыть эту тайну. Всю Вторую мировую войну двум представителям «Кембриджской пятерки» — Киму Филби и Джону Кернкроссу — удавалось добывать совершенно секретные материалы радиоперехвата, которыми британцы ни с кем не делились, и передавать их в Москву. Об этом «РГ», которой в этом году были представлены рассекреченные документы, писала не раз.

Одной из задач, которую ставил перед «пятеркой» советский разведчик в Лондоне, было получение информации о планах японского руководства в отношении Советской России на Дальнем Востоке. Поэтому еще в июле и августе 1941 года от Кима Филби поступала информация, что, по данным британской разведки, военные усилия Японии в 1941 году будут нацелены на юг. А 27 ноября 1941 года Ким Филби получил доступ к расшифрованной телеграмме японского МИДа. Поняв всю важность сообщения, срочно вышел на связь с советским разведчиком и встретился с ним на следующий день поздно вечером. Не имея возможности переписать шифротелеграмму или сфотографировать ее, Ким по памяти продиктовал текст, и 29 ноября она была уже в Москве. Нами впервые публикуется текст шифротелеграммы, переданный Кимом Филби:

«Переговоры с США дошли до мертвой точки, японское правительство стоит перед серьезным решением. Устройте встречу с Гитлером и Риббентропом и сообщите им конфиденциально о создавшемся положении. Англия и США заняли провокационную позицию на Востоке. Они перебрасывают в регион свои войска и заставляют Японию также перебрасывать войска. Эта концентрация войск может закончиться вооруженными столкновениями, что может перерасти в полномасштабный конфликт и возможно гораздо быстрее, чем ожидается.

В случае войны с западными демократиями политика Японии в отношении России на Дальнем Востоке останется прежней…

Объясните Гитлеру, что Япония стремится на Юг и мы предполагаем воздержаться от преднамеренного предпринятия действий на Севере«.

А различия в тексте телеграммы в разных источниках могут объясняться сложностью перевода сначала с японского на английский, а затем с английского на русский языки.