Вирус фейка: как от него спастись

0
95

Фейковые новости в нашу эпоху постправды стали не только инструментом манипуляций общественным мнением в ходе информационных войн, но и прибыльным бизнесом. Кто зарабатывает на «пудре» для наших мозгов и как избежать «запудривания» — беседуем с политическим психологом, кандидатом психологических наук Наталией Красовской.Информационная гигиена: как спасти близких от вируса фейка

— По приблизительным оценкам специалистов за прошлый год на фейках было заработано свыше 235 млн долларов. Можно ли говорить о том, что новостные подделки сегодня прочно заняли свою нишу на рынке фальсификата?

— Несмотря на меры, которые предпринимаются государствами на законодательном уровне и владельцами интернет-ресурсов, которые внедряют свои технологии распознавания фейкового контента, количество «подделок» в Сети только растет. Как вы правильно заметили, связано это преимущественно с финансовой стороной вопроса.

Приведу забавный факт: перед выборами президента США больше всего фейковых новостей о Трапме было размещено на страницах, которые вели подростки из одного маленького городка в Македонии. Мальчишки, которым не было даже 18 лет, копировали фейковые новости из разных мест, меняли заголовки на более броские, размещали на своих интернет-ресурсах и зарабатывали больше 1000 долларов в месяц — деньги для их провинциального городка гигантские.

Не удивительно, что сегодня изготовление поддельных новостей поставлено на поток. В мире ежедневно создаются тысячи «левых» аккаунтов в соцсетях и на фальсифицированных сайтах, которые распространяют недостоверную информацию.

— С поддельными сайтами в рамках мошеннической схемы все довольно прозрачно. А как зарабатывают фейковые аккаунты в соцсетях?

— Монетизация фейковых новостей крайне проста: на «горячие» факты приходится больше просмотров, а чтобы регулярно получать новые «сенсации», на эти аккаунты желающие добавляются в друзья или становятся подписчиками. Чем больше подписчиков у аккаунта, тем больше денег его владелец может получить от размещения рекламы.

Для сравнения, на заре развития фейковой индустрии, в 2016 году, 20 самых популярных фейковых постов в Facebook о выборах в США собрали 8,7 млн просмотров, тогда как публикации традиционных СМИ — всего 7,3 млн. При этом надо учитывать, что если речь идет о политике или факторах, оказывающих влияние на геополитические процессы, то прибыль производители фейка получают не только за счет рекламы, но и от прямых заказчиков фальсифицированного контента. Поэтому названная вами цифра в 235 млн долларов — это очень приблизительная сумма только за рекламу, она не учитывает непосредственной оплаты «заказухи».

— Если механизм хорошо известен, то почему он вообще работает? Почему до сих пор не появились эффективные контрмеры?

В первую очередь, вся эта система столь успешна за счет человеческого фактора: довольно высокий процент людей репостит фековые новости, даже если знает или предполагает, что это неправда.

Но многие люди не умеют или не дают себе труд проверить источник «сенсации», попавшейся им в Сети. Чаще всего — это пожилые люди, которые (по данным американских исследователей) в семь раз чаще делятся фейками, чем молодые интернет-пользователи.

Вторая оставляющая успеха — финансовая.

Монетизация фейков идет в том числе через сервисы контекстной рекламы, которые автоматически размещают на сайтах объявления, подходящие по контексту, за каждый переход по ним владелец страницы получает доход. То есть любой человек может создать «левый» аккаунт в любой соцсети, заполнить его «новостями», ограниченными только полетом фантазии, и получать деньги за рекламные переходы с такой страницы читателей, привлеченных выдуманными скандалами.

Сейчас владельцы ресурсов, например, Facebook и AdSense (сервис контекстной рекламы Google), вводят свои технологии определения фейка. Но из Сети подделка не удаляется — только помечается как недостоверная. Потому что — еще раз подчеркну — владельцы ресурсов имеют с фейка свой рекламный процент. Очевидно, они не заинтересованы в потере весьма существенных денежных сумм, которые сейчас им «капают» с фейковых страниц.

— Однако фейковые новости, как не раз подчеркивали специалисты в разных областях, довольно часто несут прямую угрозу национальной безопасности государства. Недавно стало известно, что в США работают над автоматизированной программой для обнаружения «онлайн-кампаний по расширению геополитического влияния». А что делается у нас в этом направлении?

— Наши силовые структуры также включают в себя отделы по работе в этой сфере. Однако нам нужна государственная программа, направленная на предотвращение подобных угроз.

Например, одна из российских компаний уже разработала технологию, которая позволяет определять фейковое видео с точностью до 90%. Но технология может попасть в общее пользование, только если будет соответствующим образом профинансирована.

Есть и уже действующие инструменты фактчекинга, т. е. сейчас убедиться в достоверности текстовой информации можно с помощью нескольких кликов. Но они не имеют широкой известности — а должны быть стартовой страницей у каждого интернет-пользователя, образно говоря, от 5 до 105 лет.

Еще один аспект решения проблемы — подготовка качественных журналистских кадров, причем не только в стенах учебных заведений, но и «по месту работы». Нужна продуманная информационная политика, чтобы новостные редакции делали ставку, прежде всего, не на скорость публикации фактов, а на их достоверность. Репутация издания должна быть возведена в абсолют.

— Эксперты отмечают, что фейки появляются там, где есть для них место, и призывают бороться с ними заполнением пустоты достоверной информацией. Вы разделяете эту точку зрения?

— Я соглашусь с тем, что свято место пусто не бывает. Поэтому если фейк уже появился, то бороться с ним массированным вбросом достоверной информации бесполезно — она будет встречена «в штыки».

Приведу пример: генеральная прокуратура России опубликовала данные, согласно которым количество выявляемых фейков в интернете в период пандемии коронавируса выросло в 10 раз по сравнению с предыдущим периодом. Пытаться в такой ситуации довести до широкой аудитории проверенные факты, особенно в качестве разовой акции, — задача, по сути, невыполнимая. Любая положительная информация будет воспринята как «попытки властей скрыть правду». Однако в глобальном плане мы бесспорно на государственном уровне должны заполнять информационное пространство положительным контентом: потому что молчание воспринимается как слабость, как повод заполнить пустоту негативом.

Но еще раз повторюсь, что это не всегда возможно: как на начальном этапе развития ситуации с коронавирусом, когда достоверной информации еще просто не было — ученые и специалисты еще попросту не успели ее предоставить. Значит, нам нужны свои образовательные программы по информационной гигиене для разных категорий граждан, где до каждого пользователя будет донесена информация о необходимости критичного отношения к любой сенсации, о важности проверки источников.

Сейчас все сознательные люди по всему миру носят маски и пользуются перчатками и антисептиком, чтоб оградить себя и близких от коронавируса. Точно так же каждый из нас должен относиться к информации в Сети: любую сенсацию интернет-пользователь должен провести через фильтр фактчекинга, чтобы не тащить вирус фейка своим близким или вовсе незнакомым людям.

Редактор: Ирина Гусакова, Куратор: Наталия Красовская

Темы

фейк

психология

наталия красовская